печатное оборудование
и расходные материалы
Заказать звонок

Преуспевающая типография: как зарабатывать, сокращая производство?

Преуспевающая типография: как зарабатывать, сокращая производство?
Как должна выглядеть преуспевающая типография, нацеленная на стабильный рост и развитие? Казалось бы, ответ прост: типография должна расти количественно — приобретать оборудование, производить больше продукции, увеличивать производственную площадь и т. д. Подобная схема развития предприятий встречается довольно часто, причем как в России, так и за рубежом. В принципе, все логично — так и работает капиталистическая экономика. Тем не менее некоторые полиграфические компании используют другой подход: продают свой парк печатной техники и вместо него приобретают одну печатную машину. На первый взгляд такое решение кажется странным: зачем сокращать собственный объем производства, уменьшать производственные мощности — ведь если меньше произведешь продукции, меньше и заработаешь. Однако такие примеры есть, а значит, данная ситуация требует как минимум обдумывания и понимания.
Аргументированное решение

Возможно, подобная бизнес-модель действительно имеет право на существование. Руководители типографий аргументируют такой подход следующим:

  • Тиражи стали существенно меньше. С этим фактом не поспоришь. Общие оценки рынка говорят о том, что тиражи рекламной и коммерческой продукции сократились на 30–40%, журнальной периодики на 20–25%, книг на 40–50% и т. д. То есть объем печати действительно сокращается, соответственно для изготовления заказов требуется и меньше оборудования.
  • Современная полиграфическая техника производительнее оборудования прежних поколений.Производительность здесь следует рассматривать с двух точек зрения: собственно скорости печати и скорости переналадки с одного заказа на другой. Скорость печати листовых офсетных машин выросла не сильно, а рулонных — не выросла вовсе. Листовые машины 10–15-летней давности могли печатать со скоростью 14–16 тыс. отт/ч, современные машины работают со скоростью 18 тыс. отт/ч, самые производительные — до 20 тыс. отт/ч. То есть увеличение скорости печати составило максимум 20%. Но при снижающихся тиражах рост скорости печати вообще мало интересен. Тираж в 1000 экз. на старой машине отпечатается за 4 мин, на самой современной — за 3 мин. Вряд ли кто-то будет сильно радоваться выигранной минуте. На длинных тиражах, например в 20 тыс. экз., разница будет уже в десятки минут, и тут есть за что бороться, но длинных тиражей на рынке становится все меньше. Другое дело — скорость перехода с заказа на заказ. На старой машине с малой степенью автоматизации смена заказа занимает до часа. Хорошим результатом считается возможность уложиться в полчаса. На современной машине смена заказа осуществляется за 10–15 мин, а на однотипных заказах (например, тетради одной и той же книги) переход с одного тиража на другой может осуществляться за 5–7 мин. И вот здесь заметен серьезный выигрыш в производительности. За одно и то же время на новой современной автоматизированной машине можно выполнить в 1,5–2 раза больше коротких заказов, чем на хорошей, но морально устаревшей машине.
  • Доход типографии обеспечивает добавленная стоимость. Об этом мировой рынок начал говорить более 10 лет назад. Но до реализации на практике дело дошло только сейчас. Руководители типографий все чаще высказывают мнение, что им стало выгоднее печатать небольшие, но сложные заказы, чем «гнать бумагу», как это было раньше. Чем сложнее заказ, тем он интереснее для типографии — это тренд в общемировой (и российской в том числе) полиграфии. Если клиент готов заказывать изготовление полиграфической продукции, то он желает за свои деньги получить «вещь», а рядовая продукция его мало интересует. Точнее, интересует, но за нее он готов платить совсем немного, и единственный реальный способ изготавливать такую продукцию — это сборные тиражи через web-to-print. А вот необычная отделка, сложные в работе материалы, уникальный дизайн — рынком востребованы. Как правило, заказчикам не нужны огромные тиражи эксклюзивных изделий, но за единицу продукции они платят намного больше, чем за ширпотреб, где идет борьба за каждую копейку. Так что если у типографии есть возможность зарабатывать на добавленной стоимости (см. справку далее), то это, бесспорно, эффективный путь повышения доходности компании.
  • Нишевый продукт — хорошая основа для бизнеса. Если полиграфическая компания позиционирует себя как «обычную типографию, такую же, как все», то единственным аргументом в работе с заказчиками становится снижение цены. И клиенты умело этим пользуются, грозя уйти в соседнюю типографию. Поэтому умение изготавливать нечто такое, чего не умеют другие, может стать перспективным направлением с точки зрения развития бизнеса. Найти тот самый нишевый продукт непросто, но если это удается сделать, то типографии гарантирован успех.

Экономические расчеты

Для чего мы систематизировали такие, казалось бы, вполне очевидные вещи? Ответ простой: все это предпосылки к вполне сознательному уходу типографий с рынка многотиражной печати. Попробуем просчитать, как будет строиться экономика типографии, решившей продать две обычные печатные машины и вместо них приобрести одну современную с высокой степенью автоматизации. Другой расчет проведем для такого же случая, но новая машина будет не только автоматизированной, но и способной печатать продукцию с добавленной стоимостью (например, будет оснащена экологичной УФ-сушкой). В качестве примера типография будет печатать типовые короткие тиражи 1000 экз. (для простоты просчитаем только печать без отделки и послепечатной обработки), работать в две смены, а стоимость типового тиража формата B1 примем в 500 долл.

На типовой старой машине при хорошей организации производства и наличии опытного печатника типография сможет за час отпечатать 2 стандартных заказа, на двух машинах, соответственно, 4 заказа, и заработает 2 тыс. долл. На одной современной машине (опять же при хорошем раскладе) можно, постаравшись, отпечатать те же 4 заказа и заработать те же 2 тыс. долл. Лишь в особых случаях — при одинаковых заказах (тетради одного издания) и при очень высоком уровне автоматизации печатной техники (например, автоматическая настройка общего и зонального наката краски) — современная машина может немного отыграться и сделать 7–8 заказов вместо 6 на старых машинах. Казалось бы, приобретение новой автоматизированной машины вместо двух обычных — не самый удачный выход, особенно если могут появиться средние или большие тиражи. Здесь уже две машины будут явно предпочтительнее одной.

Однако не все так просто. Две печатные машины, работающие в две смены, — это четыре бригады печатников. А одна машина в две смены — это две бригады печатников. Люди в типографиях стали стоить дорого. И если можно получить ту же производительность меньшим количеством персонала, то это однозначно выгодно. Одной машине нужно в два раза меньше площади, чем двум. А в крупных городах производственные площади не дешевеют. То же самое можно говорить и об электроэнергии, затратах на сервис и обслуживание — их также требуется меньше и т. д. Так что иметь одну машину вместо двух становится выгоднее. Возможно, все это по-прежнему не столь очевидно, но для ряда типографий является бесспорным аргументом. Впрочем, уровень тиражей, на которых иметь одну современную машину выгоднее, чем две машины предыдущих поколений, тоже не четко прописан. Одно дело, если все тиражи типовые по 500–1000 экз., но так бывает далеко не всегда. Тиражи попадаются самые разные, и просчитать эффективность использования одной печатной машины против двух прежнего поколения пока по-прежнему невозможно. С высокой долей вероятности можно делать некоторые предположения, особенно если типография хорошо представляет структуру своих заказов, но при сложившемся раскладе говорить о явных преимуществах одного решения по сравнению с другим мы бы не взялись.

Впрочем, в тех случаях, когда типография меняет пару старых машин на одну новую, имеет место «не простая новая машина». Во всех известных нам случаях в качестве нового современного печатного оборудования приобреталась машина, способная изготавливать продукцию с добавленной стоимостью в полиграфическом понимании этих слов. И тут уже ситуация меняется. Даже если машина в состоянии просто нанести УФ-лак, то стоимость оттиска существенно возрастает, не говоря о возможности использования drip-off-лакирования, печати на пластике, сложных бумагах и т. д. Во всех этих случаях продажная стоимость оттиска возрастает, причем порой существенно (в 2–3 раза), а себестоимость производства возрастает не сильно. При этом лишнего персонала не нужно. В данном случае можно говорить о том, что одна современная машина с возможностью печати продукции с добавленной стоимостью очевидно выгоднее двух обычных машин предыдущего поколения. А может, даже и трех!

Конечно, все эти возможности и расклады нужно внимательно просчитывать. Но приведенные примеры дают повод задуматься о том, что сокращение производственных мощностей совсем не обязательно приводит к сокращению доходов. Вполне может оказаться и наоборот. Все-таки интенсивный путь развития может быть эффективнее экстенсивного. Особенно сейчас, когда тиражи реально сократились, а заказчики хотят чего-то нового и необычного. Так что, когда в типографиях идет замена нескольких обычных машин на одну современную с дополнительными возможностями, это вполне может оказаться эффективным, продуманным и сознательным выбором.

 

Визуализация эффективности работы на сложных заказах с добавленной стоимостью. Вверху — график для типовой продукции с небольшой добавленной стоимостью, внизу — график работы с продукцией с большой долей добавленной стоимости. На простой полиграфической продукции уровень доходов невелик (оранжевая часть вертикальных столбиков на графиках), при изготовлении сложной продукции с большой долей добавленной стоимости уровень доходной части существенно больше. На графиках оранжевой линией показан доход типографии в режиме нарастающего итога в условную единицу времени. Можно заметить, что получаемый доход в случае производства продукции с большой долей добавленной стоимости существенно выше, чем при работе с типовой дешевой продукцией. Важно заметить, что большая величина дохода получается даже тогда, когда число заказов на продукцию с добавленной стоимостью существенно меньше, чем типовых заказов, а продажная стоимость «дорогих» заказов ниже, чем у типовых. В результате получается следующая ситуация: типография может существенно меньше печатать (прогонять бумагу), но при этом иметь больший уровень дохода и, как следствие, уровень прибыли. Примерно такие общие расчеты и приводят некоторые типографии к желанию заменить имеющийся парк печатного оборудования на одну машину с уникальными возможностями

Большая опасность

В основной статье мы говорили о том, что ряд типографий меняет несколько машин на одну современную. Это может быть вполне успешно с точки зрения оптимизации загрузки, возможности печати сложных заказов и в конечном итоге получения дополнительной прибыли. Есть только одна проблема. К сожалению, машины могут выходить из строя. И об этом необходимо помнить при просчете оптимизации производства по интенсивному сценарию. Что делать в случае, если машина сломается? Варианты могут быть разные: можно так рассчитывать сроки производства продукции для заказчика, чтобы всегда был запас в два–три дня на случай простоев оборудования; или иметь хорошую типографию-партнера, кому можно перебросить заказы; или соответствующим образом составлять сервисный договор. Наверное, есть и другие решения. В странах Западной Европы, где примеры замены двух–трех машин на одну встречаются чаще, чем в России, этот вопрос решается проще. Сервисная служба поставщика оборудования обычно гарантирует решение проблемы с печатной машиной в течение нескольких часов, а не суток (и тем более недель), как иногда бывает у нас. Так что в России, как всегда, есть свои особенности развития, которые необходимо учитывать.

Такая разная добавленная стоимость

Любой капиталистический вид бизнеса напрямую определяется добавленной стоимостью. Она является основой предпринимательства. Любая коммерческая деятельность предполагает получение добавленной стоимости. Купил сырье, обработал его — продал в виде готовой продукции или полуфабриката. Продал, естественно, дороже, чем купил. Получил ту самую добавленную стоимость — то, что к сырью «добавил». И именно за эту «добавку» заплатили больше, чем за исходное сырье. Это и есть в простейшем виде капиталистическая экономика.

В полиграфии есть такое понятие — «продукция с добавленной стоимостью» (англ. value added product). Это понятие несколько запутало понимание процесса получения дохода в типографии, и само определение такой продукции также стало не очень ясным. Любая полиграфическая продукция с экономической точки зрения является продукцией с добавленной стоимостью. Типография приобрела бумагу, отпечатала на ней изображение, скрепила, обрезала и т. д. И это дает ей право продать готовое изделие дороже и получить добавленную стоимость. Но в полиграфии есть еще один вид продукции с добавленной стоимостью, подразумевающий использование сложной отделки (тиснения, лакирования, конгрева, вырубки и т. д.), а также необычных материалов (дизайнерской бумаги, пластика, металлизированных материалов и других). Такую продукцию типография может продавать значительно дороже затраченных исходных материалов. То есть добавленная стоимость у такой продукции значительно выше, чем у привычной всем типовой. Поэтому такая продукция более выгодна для полиграфических компаний, по крайней мере для тех, кто умеет ее эффективно производить. А в полиграфии закрепились понятия «обычной продукции» и «продукции с добавленной стоимостью», на которой можно хорошо заработать.

Важно также отделять «добавленную стоимость» от «спекуляции» (speculation, spivvery). Здесь все достаточно просто. Если, например, типография купила палету бумаги, а затем продала ее, ничего не печатая, но при этом дороже, чем приобрела, то она получила доход, но не добавленную стоимость. Полученный таким образом доход является спекулятивным. Впрочем, законом в России он не запрещается.

Источник: http://www.printdaily.ru/ 

19.12.2017

Возврат к списку

Наверх